К вопросу о становлении кооперационной модели государственно-конфессиональных отношений в Республике Беларусь

Аўтар: 
Виктор Старостенко (Беларусь)

Виктор Старостенко (Беларусь), учреждение образования "Могилевский государственный университет им. А.А.Кулешова", заведующий кафедрой философии, кандидат философских наук, доцент

 

Белорусское законодательство о свободе совести и религиозных организациях претерпевает в новейшей истории существенную эволюцию, отражая стремление к правовому обоснованию кооперационной модели государственно-конфессиональных отношений.

Первый национальный правовой акт о свободе совести – Закон "О свободе вероисповеданий и религиозных организациях" – был принят Верховным Советом Республики Беларусь 17 декабря 1992 г. [1]. По сравнению с белорусским законодательством советского периода он содержал качественно новое, либерально-демократическое понимание общественного статуса и форм деятельности религиозных организаций. Не только отечественные, но и зарубежные религиозные организации получили возможность практически беспрепятственной деятельности на территории республики, для получения религиозной общиной прав юридического лица требовалась регистрация ее устава (положения) группой верующих из не менее десяти человек. При этом документы, определяющие вероисповедную сторону и "внутренние вопросы" деятельности, предоставлению и регистрации не подлежали. С момента регистрации устава община получала широкие права в области культовой и внекультовой работы. При этом законодательство установило режим равной статусности для всех религиозных организаций независимо от роли и места в системе социальных отношений, историческом развитии Беларуси. Основные нормы свободы совести были также включены в принятую 15 марта 1994 г. Конституцию Республики Беларусь [2]. Статья 16 Конституции, подобно статье 6 Закона 1992 г., устанавливала, что "все религии и вероисповедания равны перед законом", а "установление каких-либо преимуществ или ограничений одной религии или вероисповедания по отношению к другим не допускается". В целом законодательство Республики Беларусь первой половины 1990-х гг., испытавшее влияние Закона СССР 1990 г. "О свободе совести и религиозных организациях", тяготело к сепарационной модели государственно-конфессиональных отношений, которая предусматривала равенство религий, их беспрепятственную деятельность при практически полном отказе государства от регулирования конфессиональных процессов и вероисповедной ситуации.

Во второй половине 1990-х гг. в сознании части политической и интеллектуальной элиты происходит переосмысление стратегии государственно-конфессиональных отношений. Важным побудительным мотивом к этому послужил резкий рост поддерживаемой зарубежными миссионерскими центрами «нетрадиционной религиозности», в СМИ даже появились прогнозы о скором превращении Беларуси в протестантскую страну. Критики либерального характера закона 1992 г. указывали также, что он не учитывал факта преобладающего влияния в религиозной жизни православия, опасности распространения т.н. «деструктивных сект». С середины 1990-х гг. государством предпринимаются меры по нейтрализации тенденций в конфессиональной сфере, признанных негативными, включая ограничение деятельности зарубежных миссионеров и новых религиозных движений. При участии Белорусской Православной Церкви (БПЦ; др.: Белорусский экзархат Московского патриархата) разрабатывается более жесткая модель государственно-конфессиональных отношений, основанная на опыте ряда западноевропейских стран по разведению юридического и культурно-исторического аспектов равенства религий. Она предусматривала сохранение «равенства религий перед законом», но вместе с тем учет их исторически сложившегося общественного статуса, и создание правовых оснований для усиления влияния государства на конфессиональные процессы.

Этапным моментом становления новой парадигмы государственно-конфессиональных отношений стало принятие в 1996 г. второй редакции Конституции Республики Беларусь [3]. Согласно ее обновленной статьи 16 "религии и вероисповедания равны перед законом", но "взаимоотношения государства и религиозных организаций регулируются законом с учетом их влияния на формирование духовных, культурных и государственных традиций белорусского народа". Одновременно был снят прежний запрет на "установление каких-либо преимуществ или ограничений одной религии или вероисповедания по отношению к другим", дополнены основания для запрещения деятельности конфессиональных организаций ("…препятствует исполнению гражданами их государственных, общественных, семейных обязанностей или наносит вред их здоровью и нравственности"). Тем самым принцип равенства религий перед законом был юридически сохранен, но приобрел качественно новое содержание. Утратив прежнюю трактовку как уравнения религий между собой и перед государством, он был определен с точки зрения равенства в обязательности исполнения закона и ответственности за его нарушение. В итоге было создано основание для практики дифференциации религиозных организаций и построения с ними со стороны государства нетождественных отношений.

В 2002 г. был принят ныне действующий Закон "О свободе совести и религиозных организациях" [4]. Исходными принципами правоотношений в области религии и прав человека Закон провозглашает право каждого гражданина на свободу совести и свободу вероисповедания, на равенство перед законом независимо от отношения к религии; а также равенство религий перед законом; содействие достижению взаимного понимания, терпимости и уважения религиозных чувств граждан в вопросах свободы совести и вероисповедания. Одновременно в преамбулу (не без влияния Федерального закона России 1997 г. «О свободе совести и о религиозных объединениях») были введены положения о признании «определяющей роли Православной Церкви в историческом становлении и развитии духовных, культурных и государственных традиций белорусского народа», о «духовной, культурной и исторической роли Католической Церкви на территории Беларуси» и «неотделимости от общей истории народа Беларуси Евангелическо-лютеранской Церкви, иудаизма и ислама». Тем самым был определен круг религий, фактически признанных государством «традиционными». Преамбула, согласно законодательству Беларуси, не имеет нормативной силы (Закон «О нормативных правовых актах Республики Беларусь»), однако содержащееся в ней ранжирование религиозных организаций оказало влияние на разработку ряда нормативных документов различных ведомств.

Вопрос о преамбуле Закона 2002 г. в связи с проблемой «традиционных» религий  заслуживает отдельного обстоятельного рассмотрения. Здесь заметим лишь, что употребление понятий «традиционные/нетрадиционные» религии не может не встретить сложности при осуществлении правоприменительной практики. Законодательство республики буквального термина «традиционные религии» не содержит, для определения типов религиозных организаций употребляются юридически и мировоззренчески нейтральные формулировки «религиозные организации», «религиозные общины», «религиозные объединения». Кроме того, отсутствует научно обоснованная и непротиворечивая методика определения «традиционности» религиозных организаций. Существующие подходы к проблеме: по давности существования (хронологический критерий), по численности организаций (количественный критерий), степени влияния на отечественную культуру (цивилизационный критерий) и т.п. – не имеют строгой системы и не стали в религиоведении общепринятыми. Есть и другие изъяны рассматриваемого фрагмента преамбулы. К примеру, утверждение об «определяющей» роли Православной Церкви «в историческом становлении и развитии духовных, культурных и государственных традиций белорусского народа» не выдерживает серьезной научной критики. С позиций историко-философской науки совершенно неоправданно сводить многообразие духовной культуры (и традиций) белорусского народа к религиозности, тем более к деятельности какой-либо одной конфессии. С позиций исторической науки невозможно согласиться с тем, что Православная Церковь определяла государственные традиции белорусского народа. На протяжении значительной части истории Беларуси эта Церковь являлась своего рода «терпимым» вероисповеданием при государственном статусе римо-католицизма (период ВКЛ, Речи Посполитой), а в период советской истории влияние всех религий и Церквей не только на государственную, но и на общественную жизнь в целом было минимизировано. Тем самым преамбула Закона «О свободе совести и религиозных организациях» в силу противоречивости и неадекватности ряда своих формулировок требует редактирования, что оставляет вопрос о правовом прочтении проблемы «традиционных религий» открытым.

В соответствии со статьей 16 Конституции Республики Беларусь Закон 2002 г. регулирует взаимоотношения государства и религиозных организаций "с учетом их влияния на формирование духовных, культурных и государственных традиций белорусского народа" (ст. 8.1). Одновременно был устранен прежний запрет на финансирование религиозных организаций государством (ст. 7 Закона 1992 г.). Объявлено, что государство может строить свои взаимоотношения с религиозными объединениями путем заключения с ними соглашений в соответствии с гражданским законодательством Республики Беларусь (ст. 8.7). На основе данной нормы 12 июня 2003 г. было подписано "Соглашение о сотрудничестве" между Республикой Беларусь и Белорусской Православной Церковью. Оно носит рамочный характер, определяет принципы и основные направления сотрудничества, приоритетными из которых признаны общественная нравственность, воспитание и образование, культура и творческая деятельность, охрана, восстановление и развитие исторического и культурного наследия, здравоохранение, социальное обеспечение, милосердие, благотворительность, поддержка института семьи, материнства и детства, попечение о лицах, находящихся в местах лишения свободы, воспитательная, социальная и психологическая работа с военнослужащими, охрана окружающей среды. Тем самым, в сфере Соглашения фактически оказались все стороны общественной жизни, исключая собственно политическую деятельность. При этом в документе декларируется, что он заключается "во имя общественного блага и не имеет целью ущемление в правах каких-либо конфессий или граждан". Соответствующие соглашения и программы сотрудничества БПЦ заключила также с территориальными органами власти и 15 наиболее значительными министерствами и ведомствами – от министерств образования, обороны, внутренних дел, Национальной академии наук Беларуси до госкомитета по авиации и пограничных войск. Спектр направлений сотрудничества в этих соглашениях и программах различен – от внедрения теологии в систему государственного образования, организации паломнических поездок и финансирования строительства храмов БПЦ до «освящения новых и действующих спортивных комплексов», «объектов гражданской авиации» и т.п. [5; 6]. По существу, Соглашение о сотрудничестве привело к резкому и непропорциональному усилению позиций Церкви в наиболее важных областях общественной жизни, что закономерно вызывает опасения секулярной общественности в отношении сохранения светского характера государства.

В этой связи важно заметить, что "Соглашение о сотрудничестве" 2003 г. имеет не вполне внятный правовой статус. Сомнительна его юридическая сила, поскольку он не внесен в Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь, созданный и функционирующий с 1 января 1999 г. в соответствии с Указом Президента Республики Беларусь от 20 июля 1998 г. № 369 "О Национальном реестре правовых актов Республики Беларусь". В государственных официальных изданиях документ не публиковался, и распространяется преимущественно в изданиях Православной Церкви. Поскольку подпись под Соглашением поставил тогдашний премьер-министр Беларуси Г. Новицкий, его можно относить к ведомственным документам правительства, но не правовым актам.

Следует обратить внимание и на очевидный политический аспект Соглашения 2003 г. с БПЦ. С одной стороны, оно играет роль  дополнительного фактора легитимации государственной власти, с другой – свидетельствует о «восточном векторе» внешней политики Республики Беларусь, при этом РПЦ (и ее филиал БПЦ) выполняет функцию одного из символов белорусско-российской «интеграции» и «единства восточных славян». В настоящее время в условиях развития «многовекторности» белорусской внешней политики готовится к подписанию новое соглашение о сотрудничестве – конкордат между Республикой Беларусь и Ватиканом, договоренность о чем была достигнута на состоявшейся 20 июня 2008 г. в г. Минске встрече Президента Республики Беларусь А. Лукашенко с государственным секретарем Ватикана кардиналом Т. Бертоне [7]. В апреле 2009 г. в Риме А. Лукашенко встретился с Папой Римским Бенедиктом XVI, и уже в июле 2009 г. министерством иностранных дел и аппаратом уполномоченного по делам религий и национальностей Беларуси проект Соглашения был подготовлен, в связи с чем планировался новый визит в Беларусь госсекретаря Ватикана. То, что отношения с Ватиканом стали частью «многовекторной» внешней политики Беларуси, свидетельствует и приглашение Папе Римскому от руководства Республики Беларусь «посетить нашу страну в удобное для него время» [7], и заявление готовности «содействовать встрече Бенедикта XVI с главой Русской Православной Церкви Кириллом на белорусской территории» [8]. Заметим, что эти инициативы не встретили поддержки со стороны руководства РПЦ, имели место скептические комментарии некоторых чиновников Московской патриархии, что объяснимо в условиях сложных отношений русского православия с римо-католицизмом, а также потенциальной возможностью создания в Республике Беларусь качественно новых правовых реалий государственно-конфессиональных отношений, в силу особого статуса конкордата как международного договора.

Таким образом, современное законодательство Республики Беларусь о свободе совести и религиозных организациях осуществляет эволюцию от либеральной, юридически последовательной сепарационной модели к более востребованной политической элитой и идеологически мотивированной кооперационной модели государственно-конфессиональных отношений. Утверждение принципа свободы совести сосуществует с признанием влияния определенных конфессий на формирование духовных, культурных и государственных традиций белорусского народа, что подразумевает построение отношений с ними путем заключения специальных соглашений. Практика признания «традиционных» вероисповеданий является очевидной новацией для Республики Беларусь, но соответствует одной из западноевропейских моделей взаимоотношений государства и религии (Германия, Испания, Италия, Финляндия, др.). Однако эта практика ряда западноевропейских стран, во-первых, законодательно непротиворечиво оформлена. Во-вторых – не сводится к монополии какой-либо конфессии в религиозной сфере. В-третьих – в странах «устоявшейся демократии» дифференциация религиозных организаций по степени их «традиционности» не влечет проблем с реализацией гражданами «свободы мысли, совести и религии», что может быть актуально для стран постсоветского пространства. Очевидно то, что в новых условиях государственно-конфессиональных отношений в Республике Беларусь закономерно актуализируется проблема соблюдения принципа свободы совести как существенного компонента системы прав и свобод человека.

 

Литература

  1. Закон Рэспублікі Беларусь "Аб свабодзе веравызнанняў і рэлігійных арганізацыях" // Народная газета. – 1993. – 13 студзеня. – С. 4.
  2. Конституция Республики Беларусь / Принята на тринадцатой сессии Верховного Совета Республики Беларусь двенадцатого созыва 15 марта 1994 года. – Минск: Полымя, 1994. – 32 с.
  3. Канстытуцыя Рэспублікі Беларусь 1994 г. (са змяненнямі і дапаўненнямі). Прынята на рэспубліканскім рэферэндуме 24 лістапада 1996 года (на беларускай, рускай мовах). – Мінск: Беларусь, 1997. – 94 с.
  4. Закон Республики Беларусь "О свободе совести и религиозных организациях". – Минск: Право и экономика, 2003. – 24 с.
  5. Соглашения // Официальный портал Белорусской православной церкви [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.church.by/resource/Dir0009/Dir0015. – Дата доступа 30.04.2008 г.
  6. Сотрудничество государства и Белорусской Православной Церкви в Республике Беларусь. Сборник документов. – Минск: Центр православного просвещения преподобной Евфроси[ни]и Полоцкой, 2004. – 88 с.
  7. Александр Лукашенко встретился с Государственным секретарем Государства Ватикан Тарчизио Бертоне // Официальный портал Президента Республики Беларусь [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.president.gov.by/press53692.html#doc. – Дата доступа 20.06.2008 г.
  8. Александр Лукашенко не считает прорывом свой визит в Ватикан и Италию // Белорусская информационная компания [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://belapan.by/archive/2009/04/29/300822/. 29.04.2009. – Дата доступа 30.04.2009 г.

Дапісаць новы камэнтар

Значэньне поля ня будзе паказанае публічна ні ў якім разе.
CAPTCHA
This question is for testing whether you are a human visitor and to prevent automated spam submissions.
1 + 2 =
Solve this simple math problem and enter the result. E.g. for 1+3, enter 4.