Типовая приходская жизнь вопреки уставу

Аўтар: 
Людмила Суходольская

Вот такой примечательный случай. Приезжает белорусский архиерей на престольный праздник одного из приходов епархии. Встречают его радушно, после службы, как водится, трапеза. Настоятель подымает тост и благодарит архиерея за "то, что посетили наш приход", а также заверяет, что "мы всегда рады вас видеть на нашем приходе". Архиерей морщится и вместо благодарности за теплые слова вдруг заявляет: "Я должен вас поправить: это не я на ВАШЕМ приходе, это вы служите на МОЕМ приходе".

При всей конфузливости ситуации эти слова архиерея вовсе не являются всего лишь его личным самодурством. Здесь отразилось то новое положение приходов РПЦ, которое было закреплено в новом типовом уставе Русской Православной Церкви, принятом на заседании Священного Синода 10 октября 2009 г. (Журнал № 85).

По сути это был тихий переворот, вырвавший с корнем последние и так чахлые и недействующие ростки соборности, что еще формально оставались в правовом поле РПЦ. Достаточно сказать, что даже "привести гражданские уставы зарегистрированных приходов в соответствие с новой типовой формой" необходимо было, в соответствии с законодательством, соответствующим постановлением приходского собрания на каждом приходе, то есть путем голосования, однако же эта по виду демократическая процедура не предусматривала иного исхода этого голосования, кроме принятия соответствующих изменений. Когда на приходе прот. Павла Адельгейма (г. Псков) отказались принять новый устав, это повлекло дисциплинарные последствия, в том числе и смещение настоятеля, как будто результаты голосования, которые не следуют "руководящей линии" сами по себе являются преступлением.

Новый же типовой устав прихода фактически устраняет любые неугодные для архиерея решения органов управления  прихода. Просто потому, что епархиальный архиерей отныне "является высшим (руководящим) органом управления Прихода и осуществляет начальственное наблюдение и высшее руководство за деятельностью Прихода" (5.1)  Практически это означает абсолютную власть архиерея на приходе: он теперь может не только по собственному усмотрению смещать и назначать настоятеля и клириков прихода, но также и председателя приходского совета, и даже членов приходского собрания. Фактически он полный хозяин прихода, о чем не премянул и напомнить архиерей в выше изложенной ситуации.

Только все-таки он ошибается.  И подвела его, как прибывшего недавно из России, уверенность, что и здесь автоматически все так, как уже действует в его родной стороне. Однако, в постановлении Синода определенно оговаривается, что речь идет  только о епархиях "расположенных на территории Российской Федерации". И стоит открыть любой действующий устав прихода, в том числе и кафедрального собора, где вышеуказанный архиерей является настоятелем, чтобы убедиться: в Белоруской Православной Церкви действует прежний типовой устав 1998 года, в соответствии с которым

22. Органами управления Прихода являются:

- Приходское собрание;

- Приходской совет;

- Ревизионная комиссия.

 

Для сравнения в новом же типовом уставе:
 

4.1 Органами управления Прихода являются:

10. Управление приходом осуществляют епархиальный архиерей, настоятель, приходское собрание, приходской совет, председатель приходского совета.

Епархиальному архиерею принадлежит высшее управление приходом.

Органом контроля за деятельностью прихода является ревизионная комиссия.

- Епархиальный архиерей;

- Настоятель;

- Приходское собрание;

- Приходской совет;

- Председатель Приходского совета.

4.2 Органом контроля за деятельностью Прихода является Ревизионная комиссия.

 
Еще более красноречиво указание, что же является высшим органом управления.
В старом типовом уставе:
 
23.Высшим органом управления Прихода является Приходское собрание, возглавляемое настоятелем Прихода, который по должности состоит Председателем Приходского собрания.  
 
В новом:
 
5.1 Епархиальный архиерей является высшим (руководящим) органом управления Прихода и осуществляет начальственное наблюдение и высшее руководство за деятельностью Прихода.
 
Изменение революционное, но  Белорусского Экзархата оно не коснулось.
 
Единственное, что в соответствие с новым типовым уством прихода приведен и общий Устав РПЦ.
И в нем появились такое, например, положение:
 

10. Управление приходом осуществляют епархиальный архиерей, настоятель, приходское собрание, приходской совет, председатель приходского совета.

Епархиальному архиерею принадлежит высшее управление приходом.

Органом контроля за деятельностью прихода является ревизионная комиссия.

Однако, в чем состоит это "высшее управление", столь подробно и конкретно, как в новом типовом уставе прихода, не расписано. Что позволяет его интерпретировать в прежнем понимании "начальственного наблюдения".

Но есть в словах архиерея и правда. Она в том, что практической разницы в церковных отношениях он не заметил. Это означает, что церковное общество далеко от действительных правовых отношений, особено в части прав низших в иерархии. Традиционно в РПЦ ведущим является патерналистское право, и фактически устав имеет значение только в отношениях с государством, где хоть в какой-то мере закон имеет реальные последствия. Все церковные уставы, если присмотреться, имеют единственную цель: обезопасить своеволие иерархии от стороннего юридического вмешательства.

Но нельзя сказать, что и эта цель успешно достигается. Очень часто происходят неувязки из-за нарочитой направленности всех юридических актов Московской патриархии исключительно на российское законодательство. Здесь проявляется какой-то противоречивый закон "русского мира". Сама по себе эта идеология направлена вне российского государства, но мыслит все, что считает "русским миром", практически этому государству принадлежащим. Поэтому "русский мир" оказывается замкнут внутри российской державы. Даже с Беларусью, самой "дружественной" постсоветской страной происходят всевозможные правовые коллизии. Редко бывает, чтобы, как в случае с типовым уставом прихода, отдельно оговаривалось особенность действия юридического акта только в границах РФ. Чаще эти "национальные" особенности просто игнорируются. Так, например, проигнорировано белорусское законодательство в процеуре назначения Экзарха. В результате, как мы знаем, он не только исполняет свои обязанности, но и вообще находится на территории государство формально незаконно и только лиишь по снисхождению правителя, которому также не близки правовые методы.

Еще один недавний пример игнорирования белорусского законодательства - открытие так. наз. представительства Московского Патриарха при Белорусском Экзархате. В качестве представителя в Минск уже приехал игумин Вссиан (Змеев). Естественно, гражданин РФ. Пока идут работы по обустройству здания для представительства, он назначен настоятелем минского Покровского прихода.

Но закон "О свободе совести" Республики Беларусь не предусматривает такой формы иностранной религиозной организации как представительство. Тем более упомянутый Закон запрещает иностранному религиозному деятелю, которым является представитель Патриарха возглавлять религиозную организацию любого уровня, то есть он в принципе не может быть настоятелем прихода, коим он все-таки, вопреки закону, назначен.

В последнее время из уст митрополита Павла иногда звучит мысль о том, что необходимо провести работу по приведению церковных постановлений в соответствие с белорусским законодательством. Но если, например, с типовым уставом прихода подобное еще можно представить, то с такими, как возможность открытия представительства, возможно только в случае изменения норм самого Закона, принятых некогда, по иронии судьбы, под давлением самого церковного руководства.

 

Дапісаць новы камэнтар

Значэньне поля ня будзе паказанае публічна ні ў якім разе.
CAPTCHA
This question is for testing whether you are a human visitor and to prevent automated spam submissions.
17 + 3 =
Solve this simple math problem and enter the result. E.g. for 1+3, enter 4.